Пропал чародей [ = Пока чародея не было дома ] - Кристофер Сташеф

Шир-Риф испустил последний булькающий вопль, и его глаза остекленели — монарший меч проткнул его сердце насквозь. Затем он упал, а король выдернул клинок из тела.

— Ваш хозяин мертв! — прогремел он. — Сдавайтесь! Вам не за что больше драться! Сдавайтесь, и вам будет дарована жизнь!

Солдаты Шир-Рифа дрогнули всего лишь на мгновение — но этого хватило для последней атаки отборной королевской гвардии. В одно мгновение они выбили оружие из рук врагов, и наставили острия мечей на солдат Шир-Рифа. «Сдаюсь! Сдаюсь!» — закричал поверженный враг, поднимая вверх руки. Тогда король Туан вытер лезвие меча и крикнул:

— Я дарю им жизнь!

Когда солдаты коороля связали офицеров Шир-Рифа и отвели их в сторону, Туан кивком показал на простых солдат.

— Отпустите их.

Гвардейцы, грозно поглядывая на пленных, расступились. Крестьяне испуганно хлопали глазами, еще не веря, что они свободны, и опасаясь, что их снова скрутят.

— Я объявляю, что помилую любого, кто бросит оружие и покинет армию Шир-Рифа, — объявил им Туан. — Теперь ступайте и расскажите об этом своим товарищам!

С радостными криками крестьяне бросились прочь.

Глядя, как они исчезают за деревьями, Бром О'Берин проворчал:

— Вы считаете, что ваше решение правильно, Ваше Величество?

— О да, — с полной уверенностью ответил король. — Они разнесут эту весть по армии Шир-Рифа, и та разбежится. Они вернутся по домам, как того и желает большинство. А остальные сообразят, что со смертью Шир-Рифа их война проиграна.

Он повернулся к детям.

Четверо смирных и послушных Гэллоугласов смотрели на короля с самыми дурными предчувствиями. Пак тоже — только на Брома О'Берина.

— Ваше Величество! Мы благодарим вас за спасение в безнадежную минуту, — еле выдавил из себя Магнус.

— Я рад, что поспел вовремя, — усмехнулся король. — Однако же я думаю, это послужит вам уроком не соваться в бой с целой армией, пока не подрастете!

— Да, да!

— Это было опасное сумасбродство, мы знаем!

— Мы больше никогда не будем!

Король воздержался от замечаний по поводу последнего восклицания, заметив, кстати, что Джефри не проронил ни слова.

Набравшись смелости, Корделия спросила:

— Но как вы узнали, что мы находимся в столь бедственном положении?

Туан улыбнулся.

— Ну, за это вам нужно благодарить кое-кого еще, — тут он обернулся и окликнул:

— Идите-ка сюда, Ваше Высочество!

Наступила полная тишина. Из тени деревьев выступил Алан, и рядом с ним — Келли.

Пауза затягивалась. Нарушил молчание Пак.

— Я приказал тебе отвести его домой!

— О да, конечно! — Келли нахально выпятил бороденку. — И представь себе, если бы я так и сделал, что бы сталось с остальными?

— Ты всегда так внимательно заботишься о тех, кого тебе поручено оберегать? — Бром О'Берин сердито уставился на Пака.

Пак отвел глаза в сторону.

— Кто мог знать, что у Шир-Рифа под рукой окажется свой собственный чародей?

— Кто мог знать это лучше, чем Пак? — отрезал Бром.

Пак прикусил губу.

— Я умоляю вашу милость простить меня, это мой недосмотр.

— Милорды, — негромко призвал их к вниманию Туан. Гном и эльф замолкли, повернувшись к королю. А король торжественно поклонился своему сыну.

— Я благодарю тебя за вовремя доставленную весть!

Столь же церемонно принц короны вернул поклон отцу.

— Я был рад оказать Вашему Величеству эту услугу! — тут он покосился на Гэллоугласов:

— Мама была так далеко, а отец — всего в двух милях! Как и говорил Пак!

— Пусть его шутка не обманет вас, — покачал головой Туан, — ибо он очень волновался за вашу безопасность.

— Ну еще бы, — проворчал Бром.

— И я должен поблагодарить вас, — продолжал Туан, обращаясь к Гэллоугласам, — за вашу верность. Будь все мои подданные столь же верны и отважны, мне было бы не за что беспокоиться.

Те, разинув рот, слушали. Покрасневшая Корделия ответила реверансом, а братья, судорожно вспоминая хорошие манеры, поклонились.

— Мы рады, что помогли вам, — только и пролепетала Корделия.

— И я тоже рад этому. Благодаря вам самая страшная угроза мне и королеве Катарине — и вашему товарищу, принцу, — была устранена. И благодаря вам мы застали этого мерзавца Шир-Рифа врасплох и победили с честью!

Мальчики покраснели.

Туан снова повернулся к сыну.

— И ты тоже сослужил мне сегодня славную службу, сын мой.

Алан откровенно просиял.

— Мне все-таки интересно знать, — проворчал Бром О'Берин, — сколько тут было тревоги за судьбу Его Величества, а сколько — просто любви к приключениям?

Он сверкнул глазами в сторону Келли:

— Готов поклясться, ты не мог вынести мысли о том, что пропустишь славную потасовку!

Эльф замялся, и вместо него ответил Пак.

— Это лишь моя вина, милорд. Я сам повел их навстречу врагу.

— Да, но враг-то был не Шир-Риф, — поторопился заступиться за наставника Магнус. — Это был грозный великан, но мы без труда справились с ним.

Бром вскинул голову и перепугано уставился на него.

— Да, и в битву с Шир-Рифом мы пошли по своей воле, — добавил Джефри.

— Но идею подбросил вам кое-кто другой, — король Туан строго посмотрел на сына, который отчаянно старался сделаться невидимкой. — И если мне не изменяет память, я приказал этому кое-кому сидеть дома, рядом с матерью.

— Да, а я не мог смотреть, как ты идешь биться против такой силищи! — запротестовал Алан.

— Я благословляю тебя за столь нежную сыновнюю заботу, — еле заметно улыбнулся Туан, — но мне приходилось выходить победителем и в худших ситуациях.

«С помощью нашего папы», — подумал Магнус. Впрочем, он не сказал этого вслух.

— Однако я не стану притворяться, что недоволен результатом твоего непослушания, — признал Туан. — И ваша помощь оказалась весьма кстати.

— Кстати-кстати, — проворчал Бром. — Кстати, вам здорово повезло, что никого из вас не убили и не покалечили!

Дети снова втянули голову в плечи.

— Он прав, — голос короля снова стал суровым.

— Мы знаем, — негромко ответил Магнус. — Если, бы не ваша своевременная помощь, этой ночью мы стали бы кормом для воронья.

— Еще как стали бы, — кивнул Бром О'Берин. — А теперь слушайте! Я приказываю вам немедленно отправляться домой! И как следует выметите и вычистите все комнаты, чтобы ваши родители, когда вернутся, нашли дом в порядке и уюте!